Это не очень хорошо для России, но совсем плохо для Афганистана
Мимо «Рособоронэкспорта» пролетел контракт стоимостью $345 млн, на эту сумму правительство США планировало закупить 15 грузовых вертолетов российского производства Ми-17 для сил национальной безопасности Афганистана.
Ранее американцами уже были оплачены поставки «Рособоронэкспортом» в Афганистан 63 таких вертолетов на сумму более $1 млрд (поставки были начаты в 2011 году, 30 машин еще не поставлены, но поставлены будут).
Что заставило Пентагон объявить об отказе от дальнейших закупок российских вертолетов, которые, по единодушному мнению экспертов, оптимально подходят для военно-транспортных нужд афганских силовых структур? Очевидно, политические соображения. В Конгрессе США представители обеих партий давно высказывали недовольство сотрудничеством Пентагона с «Рособоронэкспортом», который поставляет вооружения сирийскому режиму Башара Асада. По словам представительницы минобороны США Морин Шуманн, военное ведомство произвело «переоценку требований», консультируясь при этом с Конгрессом, и пришло к выводу о нецелесообразности дальнейших закупок.
Второй по старшинству лидер республиканской фракции в Сенате США Джон Корнин, по его собственным словам, встретил решение Пентагона об остановке закупок Ми-17 «аплодисментами». Депутат Палаты представителей демократка Роза Де Лауро заявила, что администрация Обамы сделала первый шаг, который уже давно назрел, и выразила «гордость совместными действиями обеих партий в Конгрессе» с целью добиться этого. Да, они добились – исполнительная власть дрогнула под натиском законодателей, и отвечающий за закупки вооружений замглавы Пентагона Фрэнк Кендалл заявил, что минобороны США «осуждает действия “Рособоронэкспорта”», который своими поставками сирийскому режиму содействует войне Башара Асада против собственного народа. Но «аплодисменты», «гордость» и «осуждение» могут оказаться мало чего стоящими эмоциями перед лицом суровой афганской реальности.
Призывы конгрессменов и сенаторов переключить афганцев с российских вертолетов на американские игнорируют эту реальность – так считает главный военный чин США, председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал армии Мартин Демпси. Ни винтокрылые машины «Чинук», который производит «Боинг», ни вертолеты фирмы Сикорского («Черные ястребы» из семейства S-70 и др.) не по плечу афганцам, которые начиная с 1979 года и по сей день имеют дело в основном с грубой и непритязательной, простой и надежной советской техникой.
«Ни в какой другой вертолет (кроме российского Ми-17. – И.Б.) мы их посадить не сможем», – сказал об афганцах генерал Демпси, давая показания на Капитолийском холме минувшим летом. По крайней мере, добавил он, в обозримом будущем. Американские вертолеты на порядок сложнее, они расчитаны на обслуживание их хорошо обученными профессионалами. Да и стóят они раза в три дороже, чем российские, зародившиеся еще в недрах советской оборонки.
Поэтому сейчас возник вопрос: что будет делать Пентагон, когда афганское правительство Хамида Карзая попросит у США дополнительные вертолеты (а оно попросит, можно не сомневаться)? Афганцы еще не скоро научатся всему тому, что требуется знать для эксплуатации сложной американской техники, а американцы, как известно, собираются уйти из Афганистана к концу будущего года. «Отмена закупки российских вертолетов дополнительно усложнит им жизнь», – говорит старший военно-морской аналитик Института военных исследований Кристофер Хармер.
Хорошо еще, если в Афганистане после ухода основного контингента американских и натовских войск останется хоть какое-то их количество – для обучения афганских военных и выполнения особо сложных задач по борьбе с терроризмом. Но могут уйти и все подчистую: если афганские власти не дадут гарантий освобождения военнослужащих США от юридической ответственности перед афганскими судами, президент Обама не оставит в стране тех 10 – 16 тысяч американских военных, которых хотело бы у себя иметь после 2014 года правительство Карзая. Обама сказал об этом твердо и однозначно.
А вот вопрос о российских вертолетах в этом контексте получается отнюдь не таким однозначным, каким его видят некоторые бескомпромиссные политики.
Илья Бараникас
