14 ноября в Каире принимали российскую делегацию. Министр обороны Сергей Шойгу и глава внешнеполитического ведомства Сергей Лавров встретились с временным президентом Египта Адли Мансуром, вели переговоры со своими коллегами и обсудили ряд важных проблем в формате "два плюс два".
В отличие от Лаврова, который познакомился с министром иностранных дел Египта Набилем Хайми во время его недавнего визита в Москву, встреча Шойгу и Абдель Фаттаха Саида Эс-Сиси была первой. Это не помешало военоначальникам (Эс-Сиси - генерал-полковник, а пост министра обороны и военной промышленности совмещает с должностью первого вице-премьера) найти общий язык по главным вопросам повестки дня.
Россия, как и Египет, заинтересована в установлении мира и стабильности на Ближнем Востоке и Севере Африки. Не та, не другая страна не хотят, чтобы в Египте повторился сирийский сценарий. Что такая опасность существует, прекрасно понимают не только в Москве, но и в Каире. Не случайно в египетской столице действует комендантский час - с 1.00 до 5.00 там запрещены любые передвижения по городу, а на его улицах круглые сутки следят за порядком и дежурят на блокпостах военные и полицейские.
Сохраняется также опасность превращения Египта в зону действия международных террористических организаций. Наверняка рассматривается в Каире и другой вариант - политическая "турбулентность" в стране, в конце концов, может вызвать у кого-то желание навести там порядок с помощью внешней силы. Россия как постоянный член Совета Безопасности ООН в состоянии заблокировать принятие такой резолюции. Инициативы Москвы в последний момент остановили начало бомбардировки Сирии, и при самом неблагоприятном развитии ситуации в Египте наша страна вновь может сыграть роль миротворца. Говоря проще, египетскому руководству сейчас особенно нужен надежный и авторитетный партнер, и Россия с ее весом в мировом сообществе, в общем-то, готова взять на себя эту роль.
Кроме политической поддержки Каир нуждается и в военно-технической помощи. Долгое время страна решала эту проблему по средствам американских траншей. Выделять ближневосточному партнеру миллиарды долларов мы не можем, да и не хотим. Россия считает правильным строить свои отношения с Египтом на взаимовыгодной основе. К примеру, сейчас эта страна присматривается к современным средствам ПВО, авиации и высокоточному оружию. Мы готовы их поставлять Каиру. Но не в виде подарка или "спонсорской" поддержки, а на основе контрактов. А еще Минобороны России готово обучать в своих вузах египетских специалистов для управления импортным оружием. Но прежде государствам надо заключить межправительственное соглашение в военной области. Точнее, подготовить целый пакет документов, который создадут полноценную юридическую основу для оборонного и военно-технического сотрудничества. Хотя будет преувеличением сказать, что отношения с Египтом мы начинаем выстраивать с нуля, но подобных договоренностей между Москвой и Каиром не существует. А они обязательны.
Нельзя забывать, что в египетской армии не мало оружия и техники советского и российского производства. По данным Центра анализа стратегий и технологий, к примеру, их доля в средствах ПВО достигает 60 процентов. Многое из этого арсенала устарело и вряд ли подлежит модернизации. Но некоторые образцы реально усовершенствовать, а потребности местных военных в средствах противовоздушной обороны малой и средней дальности закрыть за счет поставок из России комплексов Тор-М2, Бук-М2 и зенитных ракетно-пушечных "Панцирей-С". Тоже касается истребителей МиГ-29 и Су-30, другого оружия и техники. Понятно, что новый арсенал в первую очередь идет на оснащение нашей армии, однако это не исключает выполнения зарубежных, в том числе, египетских заказов, если такие появятся.
У России есть опыт военно-технического сотрудничества с зарубежными странами, не основанный на принципе "Вы нам деньги - мы вам товар". Например, некоторую оборонную продукцию можно поставлять в кредит, передавать в лизинг. Но для этого требуется, как минимум два условия. Первое - такая форма сотрудничества возможна только с надежным партнером. Второе - когда это партнерство оформлено соответствующими соглашениями. Что касается Египта, то потенциал военного и военно-технического сотрудничества с ним будет, в том числе, определяться результативностью переговоров, подобных тем, что провела в Каире делегация Сергея Шойгу.
Ее участники говорят, что итоги встречи внушают им некоторый оптимизм. Это касается понимания того, что двум странам нужно разработать межправительственное соглашение в военной области, а так же подготовке более "узких" проектов. Например, министры договорились активизировать обмен ведомственными делегациями, подумать о проведении совместных учений и операций против пиратов, организовать обмен опытом в военно-медицинской сфере и подготовке кадров. Эксперты говорят: для начала уже неплохо.
У России есть опыт военно-технического сотрудничества с зарубежными странами, не основанный на принципе "Вы нам деньги - мы вам товар". Например, некоторую оборонную продукцию можно поставлять в кредит, передавать в лизинг. Но для этого требуется, как минимум два условия. Первое - такая форма сотрудничества возможна только с надежным партнером. Второе - когда это партнерство оформлено соответствующими соглашениями. Что касается Египта, то потенциал военного и военно-технического сотрудничества с ним будет, в том числе, определяться результативностью переговоров, подобных тем, что провела в Каире делегация Сергея Шойгу.
Ее участники говорят, что итоги встречи внушают им некоторый оптимизм. Это касается понимания того, что двум странам нужно разработать межправительственное соглашение в военной области, а так же подготовке более "узких" проектов. Например, министры договорились активизировать обмен ведомственными делегациями, подумать о проведении совместных учений и операций против пиратов, организовать обмен опытом в военно-медицинской сфере и подготовке кадров. Эксперты говорят: для начала уже неплохо.
