Кибербезопасность

Военно-морские силы КНР будут действовать по всему миру

Пекин впервые опубликовал Белую книгу о Военной доктрине государства. Из нее следует, что если прежде упор делался на роль сухопутных войск, то теперь средства пойдут на укрепление безопасности на море, в космосе, киберпространстве и ядерной области. Американцы увязывают изменения в стратегии с притязаниями Китая на контроль над Южно-Китайским морем и даже над западной частью Тихого океана. Однако, по мнению эксперта, китайское руководство озабочено в первую очередь тем, чтобы обеспечить поставки нефти с Ближнего Востока и из Северной Африки.

Президент своим Указом утвердил решение Совета национальной безопасности и обороны Украины от 6 мая 2015 года «О Стратегии национальной безопасности Украины». Об этом сообщает пресс-служба главы государства. В документе отмечается, что российская угроза и другие изменения во внешней и внутренней среде безопасности Украины обусловливают необходимость создания новой системы обеспечения национальной безопасности страны.

Появление за рубежом так называемых кибервойск ставит перед Россией задачу обеспечения защиты от информационного воздействия, в том числе от промышленного шпионажа. Об этом, как передает «РИА Новости», заявил генеральный директор госкорпорации «Ростех» Сергей Чемезов в интервью изданию «Коммерсант Business Guide» в преддверии конференции «Информационные технологии на службе оборонно-промышленного комплекса», которая проходит в г.Иннополис (Татарстан).

Робототехника, аналитика больших данных, дополненная реальность, 3D-моделирование, интернет вещей и прочие направления движения технического прогресса отражаются на развитии оборонной индустрии не меньше, чем на всех остальных. Цифровизация проникает в эту область и, так же, как другие сферы, трансформирует ее.

Российские промышленные компании, как частные, так и государственные, вкладывают значительные средства в научно-исследовательские разработки и модернизацию производства. Это происходит в рамках общего движения страны в сторону строительства инновационной экономики, ухода от сырьевой модели. Одно из главных препятствий на этом пути — недостаток квалифицированных кадров.

"Благодаря госзаказу отечественные продукты станут более конкурентоспособными"

Снижение зависимости в сфере информационных технологий — одна из первостепенных задач, решаемых правительством РФ. Импортозамещение в ИТ напрямую связано с обеспечением кибербезопасности и цифрового суверенитета России. Наиболее остро стоит необходимость разработки отечественных аналогов информационных систем, используемых в оборонно-промышленном комплексе страны, федеральных органах исполнительной власти и на предприятиях, работающих на национальную безопасность.

"ГИСП — это прежде всего источник данных для принятия решений как правительством РФ, так и субъектами промышленности"

В XXI веке военные действия лишь отчасти происходят в физическом мире — большинство операций проводится в виртуальном пространстве. Есть прогнозы о том, что уже в ближайшие годы война как явление полностью переместится в сферу информационных технологий и окончательно приобретет вид кибервойны.

Генеральный директор госкорпорации "Ростех" Сергей Чемезов уверен, что у российских оборонных продуктов большой потенциал. Он признает, что военные сегодня учатся у "мирных" отраслей, особенно в том, что касается информационных технологий, но считает, что оборонка по-прежнему может приносить пользу и частному бизнесу, и экономике в целом.

Военно-морские силы США намерены отказаться от использования серверов технологического гиганта IBM, при помощи которых осуществляется управление вооружением страны. Американцы боятся китайских шпионов. В качестве обоснования выступает тот факт, что к технологиям IBM теперь имеет доступ китайская Lenovo. Как мы помним, в прошлом году Lenovo купила у "Голубого гиганта" подразделение, отвечающее за выпуск серверов начального уровня на архитектуре x86 за $2,1 млрд.

Государства Персидского залива и Соединенные Штаты намерены совершенствовать взаимодействие в военной области, говорится в совместном заявлении, принятом по итогам встречи президента США Барака Обамы с руководителями шести стран Совета сотрудничества государств Персидского залива.