Комментарий к "Русская оппозиция ненавидит здравый смысл из принципа"

Какого политика считают хорошим? Казалось бы, ответ очевиден – такого, кто приносит пользу стране, гарантирует покой и процветание.

--------

Одной этой фразы достаточно, чтобы понять, что пишет русский/русская (или "соратник по менталитету"). Для остальных сейчас "покой" и "процветание" НЕСОВМЕСТИМЫ. Это психология традиционного, в частности, феодального общества.  
С установлением господства капитализма в Европе (XVII-XVIII в.) началась ситуация, исчерпывающе описанная Л.Кэрролом в "Алисе в Зазеркалье": «Какая медленная у вас страна! Здесь приходится бежать что есть мочи только для того, чтобы оставаться на месте, а уж если хочешь куда-то попасть, надо бежать как минимум вдвое быстрее».
Та же мысль у Маркса ("Манифест коммунистической партии"):
...
    Буржуазия показала, что грубое проявление силы в средние века, вызывающее такое восхищение у реакционеров, находило себе естественное дополнение в лени и неподвижности. Она впервые показала, чего может достигнуть человеческая деятельность. Она создала чудеса искусства, но совсем иного рода, чем египетские пирамиды, римские водопроводы и готические соборы; она совершила совсем иные походы, чем переселение народов и крестовые походы.
    Буржуазия не может существовать, не вызывая постоянно переворотов в орудиях производства, не революционизируя, следовательно, производственных отношений, а стало быть, и всей совокупности общественных отношений. Напротив, первым условием существования всех прежних промышленных классов было сохранение старого способа производства в неизменном виде. Беспрестанные перевороты в производстве, непрерывное потрясение всех общественных отношений, вечная неуверенность и движение отличают буржуазную эпоху от всех других. Все застывшие, покрывшиеся ржавчиной отношения, вместе с сопутствующими им, веками освященными представлениями и воззрениями, разрушаются, все возникающие вновь оказываются устарелыми, прежде чем успевают окостенеть. Все сословное и застойное исчезает, все священное оскверняется, и люди приходят, наконец, к необходимости взглянуть трезвыми глазами на свое жизненное положение и свои взаимные отношения.
    Потребность в постоянно увеличивающемся сбыте продуктов гонит буржуазию по всему земному шару. Всюду должна она внедриться, всюду обосноваться, всюду установить связи.
    Буржуазия путем эксплуатации всемирного рынка сделала производство и потребление всех стран космополитическим. К великому огорчению реакционеров она вырвала из-под ног промышленности национальную почву. Исконные национальные отрасли промышленности уничтожены и продолжают уничтожаться с каждым днем. Их вытесняют новые отрасли промышленности, введение которых становится вопросом жизни для всех цивилизованных наций, - отрасли, перерабатывающие уже не местное сырье, а сырье, привозимое из самых отдаленных областей земного шара, и вырабатывающие фабричные продукты, потребляемые не только внутри данной страны, но и во всех частях света. Вместо старых потребностей, удовлетворявшихся отечественными продуктами, возникают новые, для удовлетворения которых требуются продукты самых отдаленных стран и самых различных климатов. На смену старой местной и национальной замкнутости и существованию за счет продуктов собственного производства приходит всесторонняя связь и всесторонняя зависимость наций друг от друга. Это в равной мере относится как к материальному, так и к духовному производству. Плоды духовной деятельности отдельных наций становятся общим достоянием. Национальная односторонность и ограниченность становятся все более и более невозможными, и из множества национальных и местных литератур образуется одна всемирная литература.
    Буржуазия быстрым усовершенствованием всех орудий производства и бесконечным облегчением средств сообщения вовлекает в цивилизацию все, даже самые варварские, нации. Дешевые цены ее товаров - вот та тяжелая артиллерия, с помощью которой она разрушает все китайские стены и принуждает к капитуляции самую упорную ненависть варваров к иностранцам. Под стр_ахом гибели заставляет она все нации принять буржуазный способ производства, заставляет их вводить у себя так называемую цивилизацию, т. е. становиться буржуа. Словом, она создает себе мир по своему образу и подобию.
    Буржуазия подчинила деревню господству города. Она создала огромные города, в высокой степени увеличила численность городского населения по сравнению с сельским и вырвала таким образом значительную часть населения из идиотизма деревенской жизни. Так же как деревню она сделала зависимой от города, так варварские и полуварварские страны она поставила в зависимость от стран цивилизованных, крестьянские народы - от буржуазных народов, Восток- от Запада.
    Буржуазия все более и более уничтожает раздробленность средств производства, собственности и населения. Она сгустила население, централизовала средства производства, концентрировала собственность в руках немногих. Необходимым следствием этого была политическая централизация. Независимые, связанные почти только союзными отношениями области с различными интересами, законами, правительствами и таможенными пошлинами, оказались сплоченными в одну нацию, с одним правительством, с одним законодательством, с одним национальным классовым интересом, с одной таможенной границей.
    Буржуазия менее чем за сто лет своего классового господства создала более многочисленные и более грандиозные производительные силы, чем все предшествовавшие поколения, вместе взятые. Покорение сил природы, машинное производство, применение химии в промышленности и земледелии, пароходство, железные дороги, электрический телеграф, освоение для земледелия целых частей света, приспособление рек для судоходства, целые, словно вызванные из-под земли, массы населения, - какое из прежних столетий могло подозревать, что такие производительные силы дремлют в недрах общественного труда!
    Итак, мы видели, что средства производства и обмена, на основе которых сложилась буржуазия, были созданы в феодальном обществе. На известной ступени развития этих средств производства и обмена отношения, в которых происходили производство и обмен феодального общества, феодальная организация земледелия и промышленности, одним словом, феодальные отношения собственности, уже перестали соответствовать развившимся производительным силам. Они тормозили производство, вместо того чтобы его развивать. Они превратились в его оковы. Их необходимо было разбить, и они были разбиты.
    Место их заняла свободная конкуренция, с соответствующим ей общественным и политическим строем, с экономическим и политическим господством класса буржуазии.
...
----

Только Достоевский заметил: главное условие благополучия страны – это совпадения ценностей и целей народа и власти. Горе тому государству, где ценности и цели наверху и внизу разные. Достоевский знал, что говорил. Именно в такой ситуации оказалась Российская империя во второй половине XIX века. Общество рвалось к революции и полному разрушению старого порядка, а власть – к мирному и постепенному улучшению жизни.

--------

"Ценности и цели народа и власти" в антагонистичпеском классовом обществе могут совпадать только в двух ситуациях:
1) при ведении оборонительной войны против внешней агрессии НА УНИЧТОЖЕНИЕ, и
2) при стремлении нации к гегемонии, т.е. доминированию над другими нациями.

Во всех остальных случаях НЕВОЗМОЖНО (как устойчивое состояние) как "совпадения ценностей и целей народа и власти", так и совпадение "ценностей и целей" и внутри власти, и внутри народа "по отдельности". Гражданские войны - это закономерная историческая реальность, а не происки "революционеров-леваков-разрушителей", в чем абсолютно уверены мракобесы-традиционалисты всех видов.

Сейчас нам трудно представить себе обстановку в России на рубеже двух веков. Власти начали с отмены крепостного права и заговорили о конституции. Вроде бы императора Александра II должны были носить на руках. Ан нет. Он погиб от бомбы террориста Гриневицкого.

--------

Кому это - "нам"? Русским народникам, и православным традиционалистам? :)
Всем остальным было ясно, что происходит: РАЗДЕЛ "беззащитной части" мира между западными хищниками ПОЧТИ завершен, наступила эпоха ПЕРЕДЕЛА.
Старым и "успешным" - Великобритании, Франции, Бельгии, Нидерландам, Испании (уже на "излете") "наступали на пятки" "молодые, зубастые, и голодные" - США, Германия, Япония, Россия.

А тут авторша - про "процветание и покой". :)

О России.
Россия - по историческим и географическим причинам - была на рубеже веков чем-то вроде Испании - "на стыке" "хищника" (по своей военной мощи) и "добычи" (по всем остальным параметрам). "Власть" в России воспринимала себя как "хищника" - особенно в направлении Черного и Средиземного морей, Турции, и Балкан, а также Средней Азии, и китайского/корейского Дальнего Востока.  
О российской "оппозиции" и "революционерах".
Эти - как и декабристы, особенно самый умный из них - П.Пестель - были "буржуазными (по идеалам) западниками". Но "западниками" специфическими, опять-таки - типа "испанцев". С одной стороны - военная мощь и экспансия, с другой - отсталость (на целый исторический этап) экономическая и ментальная. В Испании "движителем" этой отсталости были уже ранее награбленное, и истовый католицизм, в России - военная мощь, и истовое православие, совмещенное не просто с монархией (капиталистическая Великобритания тоже была монархией), а с Самодержавием.  

Просто и пропаганда РИ, и - вынужденно - большевисткая пропаганда одинаково внедряли в русские/советские мозги нехитрую мысль о том, что "на нас напали злые немцы (в 1914)/французы (в 1812)". Только "сквозь зубы" сообщая, что Наполеону от РИ нужно было ТОЛЬКО реальное участие в Континентальной блокаде Великобритании, а Гитлеру - русские ресурсы (включая территорию) для войны за господство над миром против Великобритании, и Гитлер (и германский ГенШтаб) считали, что такая задача может и должна быть решена за 3 месяца - к концу сентября 1941. Короче - немецкие нацисты (в том числе - "специалисты по России", типа Розенберга) были уверены, что русские/советские - это "ходячее удобрение, смазка для штыка". (C)

Вот какова была "обстановка в России (и в Европе) на рубеже двух веков".
Теперь можно перейти к содержанию текста.

С тех пор и повелось. Как только власти пытались сделать для страны нечто полезное, либеральная пропаганда превращала их в чудовищ, которые сразу оказывались на мушке у террористов.

--------

"Террористы" - это (я о тех, у кого были мозги) прозападные либералы. У кого мозгов не было - "народники".

Свежеиспеченные боевики проходили подготовку в европейских центр_ах и отправлялись в Россию для диверсий, грабежей и убийств. Организованность подпольных групп, их техническая оснащенность, связи и полная финансовая свобода поражают воображение.

--------

Чего удивительного в том, что у про-буржуазных сил - в условиях полуфеодальной-полубуржуазной РИ - водились деньги и связи?

Насчет мотивов действий террористов-народников (т.е. значительной части эсеров). Они и не скрывали, что террор против Власти нужен был как "детонатор" новой пугачевщины - "Жалую вас и землей, и водой, и зверем, и рыбою - безданно и беспошлинно".
Кстати, эсеровский террор против большевиков был не менее свирепым, чем террор против самодержавной Власти.
Нет ничего глупее, чем выдавать этот безмозглый и бессмысленный террор за действия "леваков" и "революционеров" (в европейском понимании термина "революция"). Если проводить аналогию с ВФР, то эсеры были аналогом не якобинцев, а вандейцев.    

При таком подходе самым опасным для «революционеров» была вовсе не охранка и не репрессии, а мудрость российских властей, благодаря которой страна могла получить демократию путем реформ безо всяких революций. Именно реформы, обещая стране процветание, угрожали процветанию революционного движения. Умиротворенная Россия была категорически не нужна.

--------

Авторша - просто законченная русская ДУРА. Демократия - это самоуправление частных собственников (рабовладельцев, в том числе). Процветать в конце XIX - начале XX в. можно было только на основе мощнейшей промышленности (в том числе - экспортноориентированной), науки и техники, современной финансовой (а не просто банковской) системы, а также неэквивалентной торговли с колониями и полуколониями.
И даже этого было недостаточно. Ленин правильно заметил, что этого хватало при "локально-замкнутом" капитализме. При капитализме глобальном, в условиях свободного перемещения финансового капитала (см. "золотой рубль Витте") этого мало - надо было еще ОПЕРЕЖАТЬ своих "партнеров-конкурентов". Для того, чтобы не стать их ДОБЫЧЕЙ.

Если обратиться к документам русского революционного движения рубежа веков, окажется, что самой страшной фигурой для леваков был премьер-министр Петр Аркадьевич Столыпин. С точки зрения революционеров, он действительно был чудовищем. Автор аграрной, национальной и социальной реформы, противник мировой войны, отчаянный борец с террором, грозивший вот-вот превратить страну в великую демократическую державу – да это настоящий враг леваков.

--------

Русские - они такие русские. :) Им нас...ать, что Столыпин ПРОВАЛИЛ ВСЕ, ЗА ЧТО НИ БРАЛСЯ. Именно Столыпин создал в "народе" - т.е. в мужичье - базу для антимонархической революции своим ИДИОТСКИМ проектом переселения мужичья в Сибирь - без агротехники, с/х машин, племенного с/х скота, удобрений, семенного хозяйства, подходящих для условий Сибири сортов. БОльшая часть переселенцев уже через пару лет вернулись ПОЛНОСТЬЮ РАЗОРЕННЫМИ.
Товарное зерно в России производили только южно-русские ЛАТИФУНДИИ, на которых работали не "крестьяне-собственники", а сельские пролетарии (батраки). Русское мужичьё - и по объективным условиям тоже - и себя-то могло прокормить с трудом. Внутренний российский рынок был НИЧТОЖЕН.
И с этой базой Столыпин с Витте перли в "компанию" к Великобритании, Франции, Германии, США!!!! Разве только в качестве Бразилии, Аргентины, и Мексики - но без (суб)тропиков, пампасов с несчитанными стадами бизонов, фруктов, каучука, меди, черноземов, и выхода к теплому океану.

Лозунг «Чем хуже, тем лучше» обычно приписывают Ленину. Это не совсем так. Об этом пресловутом «чем хуже» мечтала вся левая оппозиция России, которой противостоял Столыпин, стремясь вернуть русскому обществу элементарное чувство реальности. Ведь только сильное, суверенное и социально ориентированное государство способно уберечь страну от распада и краха. Увы, тогда почти никто в русском обществе этого не понимал.

--------

Вот именно - "почти никто в русском обществе этого не понимал". Исключения - Ленин/большевики, из из противников - А.Деникин. Не случайно, поняв (наконец-то :)), к чему все идет, бОльшая часть высших и средних офицеров Белой армии пошли к большевикам. Просто потому, что не хотели раздела РИ между западноевропейцами, американцами, японцами, с превращением обломков даже не в колонии, а просто в склады ресурсов для промышленно, научно-технически, и финансово развитых стран капиталистической мировой Метрополии. Особенно в послевоенных условиях.  

Сам Ленин Столыпина откровенно ненавидел. По его письмам, книгам и статьям раскидано множество упоминаний премьера, где очевидные факты переворачиваются с ног на голову и звучит оголтелая ненависть к самой идее государственности.

--------

Столыпина в России того времени НЕНАВИДЕЛИ ВСЕ - начиная с Николая II. Кроме, конечно, знаменитой российской прозападной интеллигентщины - ее превращение России в колонию Запада, конечно же, полностью устраивало. Как и всех остальных содержанок, и блядей. А также кандидатов в сатрапы, гауляйтеры, надзиратели, и стражники - при Белом Господине, и на содержании/жалованьи от него.

14 сентября 1911 года Петр Аркадьевич и Николай II с семьей слушали оперу «Сказка о царе Салтане» в Киевском театре. Во время антракта Столыпин спустился в партер и заговорил с министром двора Фредериксом. Внезапно к ним подошел незнакомый молодой человек, вытащил пистолет и дважды выстрелил в премьера почти в упор.

--------

Богров был "двойным агентом" - и эсеров, и службы безопасности (т.н. "охранки" - "Охранного отделения"). Кто больше от этого выиграл - "народники" или монархия - сказать трудно. Но к моменту убийства Столыпина все его (провальные) проекты были уже свернуты.
Просто русским УБОГИМ народникам (как и всякой русской интеллигенции) НУЖЕН ИДОЛ, чтобы ему поклоняться - с размаху пустой башкой об пол.  

Ликование царило во всех революционных кругах. Ленин отметил смерть Столыпина торжественным туром по столицам Европы, где восемь раз выступал с рефератом «Столыпин и революция». Суть выступлений сводилась к тому, что вот теперь-то революция наконец начнется.

--------

Что за жалкий бред, господи! "Ленин отметил смерть Столыпина торжественным туром по столицам Европы!" Ленин после Революции 1905 г. был нищим эмигрантом (с 1907 г.), совершенно неизвестным НИКОМУ в Европе.
И зачем "русским революционным кругам" в Европе "ликовать" по поводу смерти Столыпина (даже забыв о том, что тот был "политическим трупом" еще при жизни)? Столыпин был про-буржуазный "прогрессист" и западник. Т.е. "своим" в "революционных кругах".

Баба-авторша просто тупая невежественная традиционистска самого кондово-мракобесного плана. Наверняка - еще и православная. Т.е. "истинно-русская".

Петр Аркадьевич Столыпин действительно был единственным человеком в России, который мог предотвратить катастрофу революции. Ненависть со стороны левых с тех пор всегда сопровождала всех российских политиков, которые спасали Россию от поражений и краха.

--------

Интересно, кого авторша имеет в виду? Особенно "с тех пор"? Колчака с Врангелем, что ли? :)

Возвращаясь к образу идеального главы государства, осталось заметить – современное общество таково, что все многочисленные требования к властителю со времен древности сейчас свелись к самому простому и очевидному: он должен сохранять элементарный здравый смысл.

Но если бы Платон, Руссо и даже ловкач Макиавелли могли посмотреть на поведение нынешних политиков Европы и США, они бы наверняка заплакали. Не потому, что «на тронах» уже нет философов или добродетельных, милосердных христиан. Но потому что Кае Каллас, Трампу или какому-нибудь Мерцу все время хочется задать вопрос, который в фильме «Формула любви» задал графу Калиостро провинциальный доктор: «Скажите, а вы из принципа здравый смысл игнорируете или у вас к нему личная неприязнь?».

--------

Конечно - с точки зрения мужичья, и простецов. Но вот фрагмент воспоминаний выдающегося летчика-испытателя (и при этом дипломированного инженера) М.Галлая относительно "здравого смысла":

https://testpilot.ru/review/gallai/barrier/tu4.php
...
Поучительной оказалась для меня и другая — сравнительно мелкая — доработка. Дело в том, что большая часть носовой кабины «Ту-четвёртого» была сплошь застеклена. Казалось бы, это должно обеспечивать безукоризненный обзор с рабочих мест лётчиков. Но в действительности получилось иначе. Прежде всего обзору мешала частая сетка «переплёта» — металлического каркаса кабины, в который было заделано остекление. Сев в своё кресло, я убедился, что одно из перекрестий этого переплёта торчит у меня точно перед носом.
   Тут я — в который уже раз — расплачивался за то, что вырос таким длинным. Все пилотские кабины делались и делаются в расчёте на так называемого «стандартного лётчика», ровно в 175 сантиметров ростом и соответствующими, строго нормированными размерами рук и ног. Этот воображаемый, не существующий в действительности персонаж — «стандартный лётчик» — сумел тем не менее издавна стать моим личным врагом.
   Итак, чтобы смотреть перед собой вперёд, мне предстояло либо нагибаться, либо по-журавлвному вытягивать шею вверх. Так я в делан в течение многих лет каждый раз, когда приходилось летать на «Ту-четвёртых». Но на «двойке» не спасало и это: гнутые стекла, укреплённые выше и ниже злосчастного переплёта, страшно искажали обзор. Их явно следовало заменить, и главный инженер завода, дневавший и ночевавший у нас на линейке, сказал, что так и будет сделано.
   Тем не менее назавтра а обнаружил старые, негодные стекла в полной неприкосновенности на своих прежних местах. На мой вопрос, почему распоряжение главного инженера не выполняется, он сам ответил:
   — Как не выполняется? Все идёт своим чередом. Готовят документацию, потом спустят листок доработки в производство, и все будет сделано.
   — Зачем же такой бюрократизм, Михаил Никифорович: документация, листок доработки? Позвать мастера-стекольщика, объяснить ему суть дела, он все и сделает. Тут ведь элементарный здравый смысл подсказывает…
   Я казался себе очень прогрессивным в этот момент — этаким воителем с косностью и формализмом, бесстрашно ломающим закостенелые формы руководства производством. И великим откровением был для меня ответ главного инженера:
   — Здравый смысл? Здравый смысл — чересчур острое оружие, чтобы его можно было бесконтрольно давать в руки нескольким тысячам человек. У нас на заводе вместо него — листок доработки…
   Далеко не всегда подлинно прогрессивно то, что кажется таковым с первого взгляда.
...
----