Комментарий к "How Russian Air Doctrine Shaped the Su-57 “Felon” Fighter"

How Russian Air Doctrine Shaped the Su-57 “Felon” Fighter
(Как российская воздушная доктрина сформировала истребитель Су-57 “Преступник”)

--------

Заголовок статьи очень верно отражает суть. Правда, непонятно, почему статья ОТЧЕТЛИВО критическая. Точнее, понятно, конечно, но такая самовлюбленность чрезвычайно опасна применительно к военным доктринально-техническим вопросам.

Перевод Yandex'а.

The Su-57 is often discussed in the West in terms of its limitations—chiefly its insufficient stealth capabilities, as well as Russia’s inability to produce enough of the aircraft to make a difference on the battlefield. Even so, the aircraft’s aerodynamic performance grants insights into Russian design priorities—and demonstrates how the Russians intend to fight their future air conflicts.
(На Западе Су-57 часто обсуждают с точки зрения его недостатков — главным образом, недостаточной скрытности, а также неспособности России производить достаточное количество самолетов, чтобы изменить ситуацию на поле боя. Тем не менее, аэродинамические характеристики самолета дают представление о приоритетах российского дизайна и демонстрируют, как русские намерены вести свои будущие воздушные конфликты.)

--------

Поэтому статья, собственно, и интересна. Хотя я не увидел в ней раскрытия "приоритетов российского дизайна (боевых тактических самолетов)".

The Su-57 reflects a distinctly Russian approach: an emphasis on kinematic performance that accepts some radar signature degradation as a tradeoff for agility. Designed to dominate maneuvering space rather than disappearing within it, the Su-57 prioritizes control authority across wide flight envelopes. To achieve this end, the Russians built an aircraft with a large blended wing-body design. Broad lifting surfaces generate high lift at low and medium speeds while a wide fuselage contributes to internal fuel volume, weapons carriage, and stability at high angles of attack.
(Су-57 отражает ярко выраженный российский подход: акцент на кинематические характеристики, при котором снижение радиолокационной заметности является компромиссом в пользу маневренности. Разработанный для того, чтобы доминировать в пространстве для маневрирования, а не исчезать в нем, Су-57 обеспечивает приоритетное управление в широком диапазоне полетов. Для достижения этой цели русские создали самолет с большой комбинированной конструкцией крыла и фюзеляжа. Широкие несущие поверхности обеспечивают высокую подъемную силу на низких и средних скоростях, в то время как широкий фюзеляж способствует увеличению внутреннего объема топлива, размещению вооружения и устойчивости на больших углах атаки.)

--------

Все современные самолеты имеют "большую комбинированную конструкцию крыла и фюзеляжа" (англоязычный оригинал не лучше :)).
Но здесь отчетливо виден общий западный - и, судя по всему, ОШИБОЧНЫЙ - подход: отождествение "малозаметности" и "малоуязвимости". Точнее, трактовка малозаметности (сводимой к малой величине ЭПР) как основного пути достижения малоуязвимости.

The Su-57 is less faceted than Western stealth aircraft, but more aerodynamically forgiving. Multiple, large control surfaces—all-moving horizontal stabilizers, large vertical tails, and extensive flaperons—are built for agility first. Redundancy increases survivability and control at extreme attitudes, enabling extremely rapid pitch and yaw changes. The swept trapezoidal wings with large surface area are optimized for sustained maneuvering and high-alpha flight. This allows controlled flight at angles of attack that would stall conventional fighters and enhances close-in maneuvering and recovery.
(Су-57 менее многогранен(?), чем западные самолеты-невидимки, но более прост в аэродинамическом плане. Множество больших поверхностей управления — подвижные горизонтальные стабилизаторы, большое вертикальное оперение и обширные флапероны - созданы в первую очередь для обеспечения маневренности. Резервирование (тут речь об "избыточности", а не о "резервировании" - AlexT) повышает живучесть и управляемость в экстремальных условиях, обеспечивая чрезвычайно быструю смену угла наклона и рыскания. Стреловидные трапециевидные крылья с большой площадью поверхности оптимизированы для длительного маневрирования и полета на высокой скорости. Это позволяет осуществлять управляемый полет на углах атаки, которые сбили бы с толку обычные истребители, и улучшает маневрирование на ближней дистанции и восстановление.)

--------

1. Любому ясно, что "избыточность" и "простота" - вещи малосовместимые, если не противоположные.
2. "Живучесть и управляемость в экстремальных условиях" - это великолепные качества не только, и даже не столько, для ближнего маневренного (WVR) боя. Это свобода выбора "управляющих действий" для пилота, в том числе на малых высотах, в том числе - в бою. Это сосредоточение внимания и действий пилота на выполнении задачи, а не на соблюдении многочисленных аэродинамических полетных ограничений.
3. "Длительное маневрирование" и "полет на высокой скорости" - несовместимые/противоположные требования.

The Su-57 is also equipped with thrust-vectoring nozzles, which provide directional control beyond aerodynamic limits. This allows maneuvering even when airflow over the control surface degrades. The thrust-vectoring nozzles are most effective at low speeds and high angles of attack. This reinforces the Russian belief in post-stall maneuverability. And while early Su-57s have used intermediate engines, the final design is intended to be built around higher-thrust power plants. High thrust-to-weight ratio will further support rapid acceleration and vertical maneuvering. The emphasis here is on energy recovery rather than sustained stealth cruise. The aerodynamics favor dynamic, aggressive flight profiles.
(Су-57 также оснащен соплами, изменяющими вектор тяги, которые обеспечивают управление направлением полета за пределами аэродинамических ограничений. Это позволяет маневрировать даже при снижении потока воздуха над поверхностью управления. Сопла, изменяющие вектор тяги, наиболее эффективны на низких скоростях и больших углах атаки. Это укрепляет веру россиян в маневренность после сваливания. И хотя на ранних Су-57 использовались промежуточные двигатели, в окончательной конструкции предполагается использовать силовые установки с более высокой тягой. Высокое отношение тяги к весу в дальнейшем будет способствовать быстрому разгону и вертикальному маневрированию. Акцент здесь делается на рекуперации ("рекуперация" тут ни к селу, ни к городу - речь об эффективном использовании - AlexT) энергии, а не на длительном малозаметном полете. Аэродинамика способствует динамичному и агрессивному полету.)

--------

Это все о том же. О том, что летчик сосредоточен на задаче, а не на недопустимости выполнения каких-то делательных/нужных ему действий. И не только для маневренного ближнего боя.

By design, the Su-57 is aerodynamically unstable—like the F-16 Fighting Falcon or F-117 Nighthawk. This requires advanced flight-control computers. But instability improves responsiveness and maneuverability and reflects confidence in digital flight controls and pilot skill.
(По своей конструкции Су-57 аэродинамически неустойчив, как F—16 Fighting Falcon или F-117 Nighthawk. Для этого требуются современные компьютеры управления полетом. Но нестабильность улучшает отзывчивость (в смысле - быстроту реакции на управляющее воздействие - AlexT) и маневренность и отражает уверенность в цифровом управлении полетом и мастерстве пилота.)

--------

Все современные самолеты аэродинамически неустойчивые, и для управления ими используются автоматика, и ЭДС. Это ТОЖЕ часть (сверх)маневренности. Несмотря на то, что НЕ ПРЕДПОЛАГАЛОСЬ участие F-117 в воздушном бою. Но при этом КАКИЕ-ТО эволюции в воздухе все-таки выполнять надо было - что по причине "обеспечения малозаметности как высшего приоритета" летчику было уже не под силу.

Aerodynamic performance does not primarily serve long-range stealth penetration, and is less optimized for minimal drag at cruise or absolute low observability. BVR effectiveness, meanwhile, depends more on sensors and missiles than aerodynamics—which suggests the Su-57 expects contested, dynamic engagements, not clean first-look kills.
(Аэродинамические характеристики в первую очередь не обеспечивают скрытного проникновения на большие расстояния и в меньшей степени оптимизированы для минимального лобового сопротивления в крейсерском режиме или абсолютной низкой заметности. Эффективность BVR, между тем, больше зависит от датчиков и ракет, чем от аэродинамики, что говорит о том, что Су—57 ожидает сложных, динамичных боевых действий, а не чистых поражений с первого взгляда (в смысле - "чистой" победы с первой попытки - AlexT).)

--------

(Сверх)Маневренность - это НЕ ДЛЯ "скрытного проникновения на большие расстояния", и не НЕ ДЛЯ "оптимизиции в смысле минимального лобового сопротивления в крейсерском режиме, или абсолютной низкой заметности". Если забыть о бое WVR, и сосредоточиться только на излюбленном американцами (со времен Вьетнама) бое BVR, то надо понимать, как наводятся на цель дальние ракеты В-В.
Их ГСН (если ракета наводится с ее помощью, а не самолетом, запустившем ее) работают по определенным алгоритмам, основанным на АНАЛИЗЕ ТРАЕКТОРИЙ полета как ракеты, так и цели (на практике - это анализ траектории цели относительно ГСН ракеты), и НА ЗАКОНАХ АЭРОДИНАМИКИ. Сверхманевренность - это НАРУШЕНИЕ законов аэродинамики, по крайне мере, в нынешем их понимании. Если алгоритмы наведения к этому не готовы - результат понятен.  Поэтому сверхманевренность - это реальная возможность не только простого "физического" уклонения от ракеты (запущенной с любой дальности), но и - и это главное - обеспечения срыва наведения. Новый захват цели ГСН ракеты после срыва текущего наведения ОЧЕНЬ маловероятен.    

The Su-57 appears optimized for WVR engagements; its aerodynamic design strongly favors WVR combat, allowing for nose-pointing authority, high-alpha missile cuing, and the ability to force overshoots. This matches the Russian emphasis on close-in engagements and high off-foresight missile employment.
(Су-57, по-видимому, оптимизирован для ведения боевых действий в условиях ПВО; его аэродинамический дизайн сильно способствует ведению боевых действий в условиях ПВО, обеспечивая возможность наведения на цель носом (в смысле - с минимальным курсовым параметром - AlexT), наведение ракет с высокой дальностью наведения и возможность форсированного пролета (в смысле - быстрого сближения - AlexT ). Это соответствует российскому подходу к ведению ближнего боя и широкому применению ракет дальнего действия.)

--------

Фраза "Су-57, по-видимому, оптимизирован для ведения боевых действий в условиях ПВО; его аэродинамический дизайн сильно способствует ведению боевых действий в условиях ПВО" дурацкая. Автор имел в виду не "ПВО", а наличие ВНЕШНЕГО целеуказания для самолета, действующего в режиме "перехватчика ПВО". Как Ту-128, Су-15, МиГ-25, МиГ-31. В СССР был такой термин для "авиационной части ПВО" - АРКП, Авиационно-Ракетный Комплекс Перехвата.

Юмор состоит в том, что пресловутые "невидимки" НЕ МОГУТ эффективно выполнять свои задачи без внешнего целеуказания, причем ПОСТОЯННОГО. Свой включенный (и даже пассивный) радар - это ПОТЕРЯ НЕВИДИМОСТИ. Поэтому обтекатель радара "невидимки"  должен иметь возможность менять свою радиопрозрачность (так оно и есть). Он должен быть радиопрозрачным при работе собственного радара, и ПОЛНОСТЬЮ отражающем ЭМВ - в режиме малозаметности.
Поэтому "при глубоком проникновении на вражескую территорию" "невидимки" ПОЛНОСТЬЮ зависят от средств внешней навигации и целеуказания (БИНС не обеспечивают требуемую точность). И без поддержки со стороны ДРЛОиУ, и/или спутниковый систем, они либо бесполезны, либо НЕ "невидимки".

Accordingly, expect the Su-57 to be employed as an air dominance fighter over friendly territory, and as a high-performance interceptor. The aerodynamics support rapid response and defensive counter-air—with far less emphasis on deep strike penetration. Essentially, the Su-57’s aerodynamics reflect skepticism about stealth performance, and an enduring faith in maneuverability as a hedge against detection.
(Соответственно, ожидается, что Су-57 будет использоваться в качестве истребителя для завоевания господства в воздухе над дружественной территорией и в качестве высокоэффективного перехватчика. Аэродинамика обеспечивает быстрое реагирование и противовоздушную оборону с гораздо меньшим акцентом на глубокое проникновение. По сути, аэродинамика Су-57 отражает скептицизм в отношении малозаметности и непоколебимую веру в маневренность как средство защиты от обнаружения.)

--------

А то для западных невидимок это не так. :) Просто область действия радаров самолетов ДРЛОиУ создает "подвижную дружественную территорию".
Русские об этом знают, поэтому и создают средства для подавления/уничтожения самолетов ДРЛОиУ, а также глушения/искажения/подмены сигналов со спутников.

По причине тупого повторения автором "По сути, аэродинамика Су-57 отражает скептицизм в отношении малозаметности и непоколебимую веру в маневренность как средство защиты от обнаружения", тупо повторю и я. :)
Сверхманевренность - это НЕ "средство защиты от обнаружения". Это средство расширения возможностей для пилотируемого самолета, не отвлекая внимания летчика от выполнения боевой задачи, а также попытки срыва наведения даже дальних ракет. И только в крайнем случае - средство для "чисто физического" уклонения от ЗУР/ракет В-В/снарядов авиационных пушек в ходе "собачьей свалки".
Русские не занимаются "малозаметностью" за счет уменьшения ЭПР. В том числе потому, что, если верить сообщениям открытой печати, 3-4 года назад они успешно завершили испытания прототипа РОФАР-радара, и приступили к разработке рабочего образца. Поэтому их меры снижения УЯЗВИМОСТИ, а не малозаметности, останутся в силе после появления оптико-радиолокационных радаров.

Still, high maneuverability does not negate modern BVR missile threats. And aerodynamic performance cannot compensate for sensor or networking gaps. These tradeoffs may reduce survivability against fifth-generation opponents. And the aerodynamic-first design principles are at odds with Western trends, which assume a stronger emphasis on stealth and BVR in future air combat.
(Тем не менее, высокая маневренность не отменяет угрозы от современных ракет BVR. А аэродинамические характеристики не могут компенсировать пробелы в датчиках или сети. Эти компромиссы могут снизить живучесть в борьбе с противниками пятого поколения. А принципы проектирования, ориентированные в первую очередь на аэродинамику, противоречат западным тенденциям, которые предполагают более сильный акцент на скрытность и BVR в будущих воздушных боях.)

--------

Если не отменяет (хотя как знать), то значительно снижают эту угрозу. Американцы во Вьетнаме убедились, насколько низка была эффективность дальних (по тем временам) ракет В-В Sparrow (около 20%), и продолжают себя самооболванивать пропагандой в стиле "выстрелил, и забыл" (в смысле, раз выстрелил - ЗНАЧИТ, "попал и уничтожил"). Последним примером глупости такого подхода стал пресловутый Javelin.

Сам факт выставления "западных подходов и тенденций" в качестве ЭТАЛОНА, а отказа от них - как НЕДОСТАТКА, чрезвычайно опасен для самого Запада. Пропаганда - оружие ОЧЕНЬ "обоюдоострое".