Комментарий к "Усталость Европы"

Какими бы громкими сегодня не оставались заявления европейских лидеров и политчиновников о незыблемости курса на поддержку Украины, всё больше и больше признаков указывает на то, что Европа устала. Устала от войны на Украине, которая тяжким бременем легла на европейские экономики.

--------

Да не "устала" Европа, а поняла, что ее планы (а) полнятие очередного дурного бунта в РФ, и б)вовлечение США в войну в Европе против русских) ОКОНЧАТЕЛЬНО накрылись медным тазом, а все "кредиты" придется списать в чистые УБЫТКИ. На требование вернуть долги украинцы скажут: забирайте в счет долгов НАШ Крым, и НАШ Донбасс - и мы в расчете. :)

Даже эйфория от принятия 90-миллиардного кредита для Украины прошла как-то очень быстро.

--------

"Эйфория" по этому поводу была, как говорил следователь Подберезовиков, "у кого надо эйфория". :)

Триумфальные реляции о неснижаемой поддержке «незалежной» разбились о глухую стену национальных интересов. Начались суровые будни с дележом имущества и взаимными претензиями. Пока главы государств Евросоюза позируют перед объективами фото- и видеокамер, создавая «консолидирующую» картинку, их помощники за закрытыми дверями саммитов бьются насмерть, выгрызая друг у друга преференции.

Англо-саксы и евреи ОПЯТЬ развели дураков-немцев. :) В который уже раз. А немцы так и не выходят из состояния "эйфории". И это хорошо - все знают, что случается, когда "эйфория" у немцев почему-то проходит. :)  
--------

Характерно, что на сегодняшний день Европейский союз рассматривает уже возможность ужесточения условий предоставления того самого кредита для киевского режима. Предполагается, что часть запланированных выплат будет зависеть от введения «непопулярных налоговых изменений». То есть, для получения средств (около 8,4 млрд евро), которые Украина ожидает в этом году,  Киев должен повысить НДС до 20% для компаний, работающих по льготной системе и имеющих годовой доход свыше 4-х миллионов гривен (90,7 тыс. долларов).

--------

Ну да, "с паршивой овцы - хоть шерсти клок". :)

В целом же, как отмечают политологи, Украина для многих стран Евросоюза превратилась в «токсичный актив». Всё, что с ней связано, вызывает противоречия и разногласия: от объемов финансирования до распределения квот на беженцев. Помощь «незалежной» обходится европолитикам всё дороже – деньги уходят как в чёрную дыру, а политические рейтинги внутри своих стран стремительно падают.

--------

Так всегда бывает, когда не срабатывает ставка "ва-банк". :)

К слову, на днях газета Bild сообщила, что немецкая правая партия «Альтернатива для Германии» (АдГ) набрала 28% голосов поддержки, продолжая лидировать по популярности среди немецких партий и обновив свой рекорд рейтинга. При этом АдГ на 4 процентных пункта опережает правящую партию ХДС канцлера ФРГ Фридриха Мерца.

--------

Ну, не все же немцы - идиоты "в состоянии эйфории". Особенно "осси".

В свою очередь, практически в то же время, Фридрих Мерц заявил, что Украине, возможно, «придётся смириться с утратой части территории в рамках будущего соглашения с Россией». Он также допустил проведение референдума.

--------

Не немцам этот вопрос решать. Как и многие другие вопросы.

Помимо финансового напряжения, в Брюсселе также нарастает раздражение из-за отсутствия реализма со стороны Киева в переговорной тематике. Поэтому, если Украину и продолжают по-прежнему куда-то приглашать, то туда уже не едут некоторые «доноры». Как, например, это произошло в ситуации с саммитом Европейского политического сообщества (ЕПС) в Ереване (4-5 мая).

--------

А говорят, что армяне - умные. :)

Но, всё же, флагманами прагматичного отношения к «вспомоществованию», да и к самой Украине с её неадекватным режимом, выступают Словакия и Венгрия. Эти два члена Евросоюза открыто саботируют решения блока, в частности те, которые вредят их энергетике. Транзит нефти давно уже стал предметом торга, и Брюссель вынужден идти на уступки, чтобы сохранить видимость контроля.

--------

Тут все просто.
Маяковский:
...
Земля нефть/газ - подстилка под ихними порками,
и вдруг ее, как хлебища в узел,
со всеми ручьями ее и пригорками
крестьянин мужик взял и зажал, заскорузел.
...
:)

Позиция Венгрии в отношении Украины вообще всегда характеризовалась высокой напряженностью. И с приходом к власти правительства Мадьяра вряд ли что-нибудь кардинально изменится.  Новый премьер намерен так же, как и Орбан, жёстко отстаивать интересы Венгрии, и, кроме того, собирается «обсудить положение венгров в Закарпатье».

--------

Конечно. Венгрия - страна до сих пор мужицкая, до мозга костей. И всегда такой и была. Поэтому, как говорят, генерал Ватутин перед началом Острогожско-Россошанской операции отдал негласный приказ: «Мадьяр в плен не брать!». И бестолку, и незачем.

Будучи почти полностью зависимой от своих партнеров, Украина умудрилась поссориться практически со всеми соседями и ключевыми союзниками.

--------

Конечно.
А.С.Макаренко, "Педагогическая поэма", советская Украина середины 20-ых гг.:
...
Зато, когда приезжала на мельницу компания середняков, работа колонистов обращалась в каторгу. Они никогда не приезжали вместе, а растягивались на целый день. Бывал у них и уполномоченный, но он сдавал свое зерно, конечно, первым и немедленно уезжал домой, оставляя взволнованную разными подозрениями и несправедливостями толпу. Позавтракав – по случаю путешествия – с самогоном, наши клиенты приобретали большую наклонность к немедленному решению многих домашних конфликтов, и после словесных прений и хватаний друг друга «за грудки» из клиентов обращались к обеду в пациентов перевязочного пункта Екатерины Григорьевны, в бешенство приводя колонистов. Командир девятого отряда, работавший на мельнице, Осадчий, нарочно приходил в больничку ссориться с Екатериной Григорьевной:

– На что вы его перевязываете? Разве их можно лечить? Это ж граки, вы их не знаете. Начнете лечить, так они все перережутся. Отдайте их нам, мы сразу вылечим. Лучше посмотрели бы, что на мельнице делается!
...
До обеда хлопцы еще спокойно стоят у станков посреди бушующего моря матерных эпиграмм, эманаций самогона, размахивающих рук, вырываемых друг у друга мешков и бесконечных расчетов на очередь, перепутанных с какими-то другими расчетами и воспоминаниями. Наконец хлопцы не выдерживают. Осадчий запирает мельницу и приступает к репрессиям. Тройку-четверку самых пьяных и матерящихся члены девятого отряда, подержав секунду в объятиях, берут под руки и выводят на берег Коломака. С самым деловым видом, мило разговаривая и уговаривая, их усаживают на берегу и с примерной добросовестностью обливают десятком ведер воды. Подвергаемый экзекуции сначала не может войти в суть происходящих событий и упорно возвращается к темам, затронутым на мельнице. Осадчий, расставив черные от загара ноги и заложив руки в карманы трусиков, внимательно прислушивается к бормотанию пациента и холодными серыми глазами следит за каждым его движением.

– Этот еще три раза «мать» сказал. Дай ему еще три ведра.
Озабоченный Лапоть снизу, с берега, с размаху подает указанное количество и после этого делано-серьезно, как доктор, рассматривает физиономию пациента.

Пациент наконец начинает что-то соображать, протирает глаза, трясет головой, даже протестует:

– Есть такие права? Ах вы, мать вашу…

Осадчий спокойно приказывает:

– Еще одну порцию.

– Есть одну порцию аш два о, – ладно и ласково говорит Лапоть и, как последнюю драгоценную дозу лекарства, выливает из ведра на голову бережно и заботливо. Нагнувшись к многострадальной мокрой груди, он так же ласково и настойчиво требует:

– Не дышите. Дышите сильней. Еще дышите. Не дышите.

К общему восторгу, окончательно замороченный пациент послушно выполняет требование Лаптя: то замирает в полном покое, то начинает раздувать живот и хэкать. Лапоть с просветленным лицом выпрямляется.

– Состояние удовлетворительное: пульс 370, температура 15.

Лапоть в таких случаях умеет не улыбаться, и вся процедура выдерживается в тонах высоконаучных. Только ребята с реки хохочут, держа в руках пустые ведра, да толпа селян стоит на горке и сочувственно улыбается. Лапоть подходит к этой толпе и вежливо-серьезно спрашивает:

– Кто следующий? Чья очередь в кабинет водолечения?
Селяне с открытым ртом, как нектар, принимают каждое слово Лаптя и начинают смеяться за полминуты до произнесения этого слова.

– Товарищ профессор, – говорит Лапоть Осадчему, – больных больше нет.

– Просушить выздоравливающих, – отдает распоряжение Осадчий.

Девятый отряд с готовностью начинает укладывать на травке и переворачивать под солнцем действительно приходящих в себя пациентов. Один из них уже трезвым голосом просит, улыбаясь:

– Та не треба… я й сам… я вже здоровый.

Вот только теперь и Лапоть добродушно и открыто смеется и докладывает:

– Этот здоров, можно выписать.

Другие еще топорщатся и даже пытаются сохранить в действии прежние формулы: «Да ну вас к. е, но короткое напоминание Осадчего о ведре приводит их к полному состоянию трезвости, они начинают упрашивать:

– Та не нада, честное слово, якось вырвалось, привычка, знаете…

Лапоть таких исследует очень подробно, как самых тяжелых, и в это время хохот колонистов и селян доходит до высших выражений, прерываемый только для того, чтобы не пропустить новых перлов диалога:

– Говорите, привычка? Давно это с вами?

– Та що вы, хай бог милует, – краснеет и смущается пациент, но как-нибудь решительнее протестовать боится, ибо у реки девятый отряд еще не оставил ведер.

– Значит, недавно? А родители ваши матюкались?

– Та само ж собой, – неловко улыбается пациент.

– А дедушка?

– Тай дедушка…

– А дядя?

– Ну, да ж…

– А бабушка?

– Та натурально… Э, шо вы, бог с вами! Бабушка, мабуть, нет…

Вместе со всеми и Лапоть радуется тому, что бабушка была совершенно здорова. Он обнимает мокрого больного:

– Пройдет, я говорю, пройдет. Вы к нам чаще приезжайте, мы за лечение ничего не берем.
...
----