01.02.2024
«Force de frappe» в Европе
Перед лицом возможного возвращения Трампа в Белый дом все чаще стали звучать голоса европейских политиков с призывом готовиться к войне без поддержки США и создать собственный ядерный зонтик.
Предпосылками послужили заявления Трампа – ярого скептика НАТО, обвиняющего страны ЕС в том, что они не платят за американские услуги, и угрожающего не встать на защиту Европы в случае нападения на нее. Кроме того, поддержка Украины и европейских партнеров находится вне приоритетов его нового срока
Все это подвело к непростому вопросу о европейской ядерной обороне. В настоящее время НАТО в значительной степени полагается на американские ядерные боеголовки, которые размещены на шести военных авиабазах в Бельгии, Германии, Италии, Нидерландах и Турции.
В случае выхода из игры США, в рамках ЕС единственной страной, способной играть более значительную роль, является Франция, у которой имеется около 300 ядерных боеголовок.
Макрон еще в 2020 году выдвинул идею европейского ядерного сдерживания под руководством Франции, призвав к «стратегическому диалогу» о «роли ядерного сдерживания Франции в коллективной безопасности Европы». Но Германия не приняла предложение, расценив попытку Макрона лишить Берлин военного лидерства.
Другой европейской ядерной державой, вне ЕС является Великобритания, у которой менее 260 боеголовок, но в последнее время испытывающей трудности с обеспечением своей безопасности. У британцев заканчиваются деньги на содержание двух имеющихся у них авианосцев, а также отмечается недостаток квалифицированного личного состава, что вызывает сложности в обеспечении функционирования своего ядерного потенциала.
Вместе с тем, с началом СВО на Украине и постоянным сдвигом «красных линии», когда Кремль усилил ядерную риторику в адрес Запада и в перспективе замаячила возможность смены правящего режима в США, европейские политики решили вернуться к идее интернационализации «force de frappe» или «ударной силы».
Известно, что, если дело дойдет до «драки», ядерный вариант станет действительно решающим. При этом, риск большой европейской войны все же не так велик, как столетие назад – сдерживает наличие ядерного оружия и слабый потенциал европейских армий, а главное – нежелание граждан ЕС принимать участие в военных действиях. К тому же нет и тех безграничных демографических ресурсов, которые питали две мировые войны, напротив, они в дефиците.
Таким образром, в союзе с лидерами ЕС, трясущимися за свои карьеры, создается коалиция, которая вынуждена ставить не на скорейшие переговоры с Россией, а хотя бы на ситуативную поддержку украинского конфликта, чтобы выиграть время и оттянуть неизбежное поражение.
В свою очередь, Украина стала не просто балластом, а символом краха старого миропорядка, и именно по этой причине отказаться от ее поддержки непросто, но и возможностей спонсировать киевский режим становится все меньше. Союзнички уже перекидывают друг на друга обязательства по военному и финансовому обеспечению Украины, и пока в этой «дурно пахнущей игре» выигрывает Европа, причем Центральная.
Остается надеяться, что необходимость самостоятельно решать проблемы, оторвавшись от американского «зонтика безопасности» и обязательств поддерживать гегемонию США, естественным образом приведет европейские элиты к поиску собственной модели развития и геополитической субъектности, а также добавит им благоразумия. В данном случае под благоразумием следует понимать – не воевать с Россией.
Сергей Острына
Предпосылками послужили заявления Трампа – ярого скептика НАТО, обвиняющего страны ЕС в том, что они не платят за американские услуги, и угрожающего не встать на защиту Европы в случае нападения на нее. Кроме того, поддержка Украины и европейских партнеров находится вне приоритетов его нового срока
Все это подвело к непростому вопросу о европейской ядерной обороне. В настоящее время НАТО в значительной степени полагается на американские ядерные боеголовки, которые размещены на шести военных авиабазах в Бельгии, Германии, Италии, Нидерландах и Турции.
В случае выхода из игры США, в рамках ЕС единственной страной, способной играть более значительную роль, является Франция, у которой имеется около 300 ядерных боеголовок.
Макрон еще в 2020 году выдвинул идею европейского ядерного сдерживания под руководством Франции, призвав к «стратегическому диалогу» о «роли ядерного сдерживания Франции в коллективной безопасности Европы». Но Германия не приняла предложение, расценив попытку Макрона лишить Берлин военного лидерства.
Другой европейской ядерной державой, вне ЕС является Великобритания, у которой менее 260 боеголовок, но в последнее время испытывающей трудности с обеспечением своей безопасности. У британцев заканчиваются деньги на содержание двух имеющихся у них авианосцев, а также отмечается недостаток квалифицированного личного состава, что вызывает сложности в обеспечении функционирования своего ядерного потенциала.
Вместе с тем, с началом СВО на Украине и постоянным сдвигом «красных линии», когда Кремль усилил ядерную риторику в адрес Запада и в перспективе замаячила возможность смены правящего режима в США, европейские политики решили вернуться к идее интернационализации «force de frappe» или «ударной силы».
Известно, что, если дело дойдет до «драки», ядерный вариант станет действительно решающим. При этом, риск большой европейской войны все же не так велик, как столетие назад – сдерживает наличие ядерного оружия и слабый потенциал европейских армий, а главное – нежелание граждан ЕС принимать участие в военных действиях. К тому же нет и тех безграничных демографических ресурсов, которые питали две мировые войны, напротив, они в дефиците.
Таким образром, в союзе с лидерами ЕС, трясущимися за свои карьеры, создается коалиция, которая вынуждена ставить не на скорейшие переговоры с Россией, а хотя бы на ситуативную поддержку украинского конфликта, чтобы выиграть время и оттянуть неизбежное поражение.
В свою очередь, Украина стала не просто балластом, а символом краха старого миропорядка, и именно по этой причине отказаться от ее поддержки непросто, но и возможностей спонсировать киевский режим становится все меньше. Союзнички уже перекидывают друг на друга обязательства по военному и финансовому обеспечению Украины, и пока в этой «дурно пахнущей игре» выигрывает Европа, причем Центральная.
Остается надеяться, что необходимость самостоятельно решать проблемы, оторвавшись от американского «зонтика безопасности» и обязательств поддерживать гегемонию США, естественным образом приведет европейские элиты к поиску собственной модели развития и геополитической субъектности, а также добавит им благоразумия. В данном случае под благоразумием следует понимать – не воевать с Россией.
Сергей Острына
