Москва в отношениях с Исламабадом остается заложником Дели
Россия многое теряет экономически и военно-политически из-за того, что ограничивает себя в отношениях с Пакистаном, и, прежде всего, в поставках оружия. Делается это часто в угоду давнему российскому партнеру — Индии. Но ситуация в мире меняется, и Дели все больше смотрит в сторону США и Европы, в том числе в такой чувствительной сфере, как закупка оружия. В этих условиях России пора отказаться от стереотипов и идти на более тесный контакт с Пакистаном. Так считает заместитель директора Центра анализа стратегий и технологий (ЦАСТ) Константин Макиенко, который обосновал свою позицию «МК».
Специалисты ЦАСТ посвятили вопросу отношений России и Пакистана 200-страничный труд «Пакистан: за рамками стереотипов». В нем, в частности, рассказывается, как в нашей стране сформировался негативный образ Пакистана как авторитарной страны, подверженной сильному влиянию радикальных исламистов и реакционных проамериканских военных. Вот что по этому поводу сказал один авторов труда, замдиректора ЦАСТ Константин Макиенко:
-Этот образ отражал в прошлом объективную реальность, но только отчасти. Другая часть реальности заключается в том, что пакистанские военные, взяв власть в свои руки, каждый раз через определенный промежуток времени передавали ее гражданским правительствам.
-Так почему же в России сформировался столь искаженный образ этой страны, экономика которой растет на 6 процентов в год, а население превысило 215 миллионов человек?
-В значительной степени это наследие периода афганской войны, во время которой Пакистан стал тыловой базой мятежников и действительно находился под авторитарным правлением военных и мулл. Но на самом деле феномен неадекватного восприятия российским обществом Пакистана имеет более давнюю и сложную природу. Дело в том, что со времен индо-пакистанской войны 1971 года мы смотрим на Пакистан не своими, а индийскими глазами. Тогда после долгих колебаний СССР бесповоротно стал на сторону Индии и окончательно выбрал индийскую сторону в этом конфликте. И в то время это было правильно решение. Но его следствием стало формирование в российских государственных органах мощнейшего проиндийского лобби, которое блокирует развитие полномасштабных отношений с Исламабадом.
-С тех пор многое, наверно, изменилось?
-За последние десять-пятнадцать лет обстановка радикально изменилась. Индийская элита во все возрастающей степени ориентируется на США, а к России относится со все столь же возрастающим презрением. Наша цель – попытаться поглядеть на Пакистан собственным российским, а не индийским взглядом. С точки зрения российских, а не индийских национальных интересов.
-И что нам сулит поворот в отношениях с Пакистаном?
-Потенциал российско-пакистанского сотрудничества сейчас почти не раскрыт и имеет колоссальные перспективы. Это прежде всего возможности сотрудничества в энергетической сфере, в области гражданской авиации и космоса, машиностроения. И, конечно, в области военно-технического сотрудничества.
К примеру, пакистанские подводные силы сейчас полностью оснащены французскими подводными лодками. И это, кстати, не стало препятствием для закупок Индией шести французских субмарин Scorpene.
Костяк пакистанских ВВС составляют американские истребители F-16. И опять же это не остановило Индию от закупки в США военно-транспортных и патрульных самолетов, а также боевых и транспортных вертолетов.
Спрашивается, почему тогда Россия отказывается от выхода на пакистанский рынок вооружений из опасений негативной индийской реакции? Почему американцам и французам можно то, что не позволено русским?
Между тем, по нашей оценке, потенциал пакистанских закупок в России составляет примерно 60-70% от той доли индийского рынка, который Россия пока еще удерживает в Индии.
