TAC: в Европе мирную инициативу по Украине берут на себя альтернативные партии
Власти Европы сделали ставку на войну с Россией, пишет TAC. Неудивительно, что избиратели все чаще смотрят в сторону альтернативных партий, таких как АдГ в Германии, которые берут на себя мирную инициативу, отмечает автор статьи.
Леонид Рагозин
В результате мирную инициативу приходится брать на себя альтернативным партиям вроде АдГ
Британскую Лейбористскую партию исторических трудно было представить оплотом милитаризма или авторитаризма. Однако недавние заявления ее руководства заставляют всерьез усомниться в привычных представлениях.
Взять хотя бы слова партийного стратега Пола Ричардса, прозвучавшие в начале месяца в эфире GB News. Отвечая на вопрос о том, как Великобритания могла бы отреагировать на обострение "российской угрозы", Ричардс, работавший при двух лейбористских правительствах, дал весьма тревожный ответ. “Нам придется кое-кого посадить, — безапелляционно заявил он, — некоторых пророссийски настроенных граждан, тех, кто говорит, что никакой угрозы нет, и тех, кто призывает: “Не воюйте за родину, не идите на войну ради Бернема”.
Это не случайная оговорка. Эти речи вписываются в тревожную линию, которую в британской политике гнут партии магистральной линии, СМИ и аналитические центры. Они все чаще считают себя осажденной крепостью и ожидают неминуемой войны с Россией, которую сами же и выдумали.
И это касается не только Великобритании — эта тенденция охватила весь западный мир. Она же во многом объясняет, почему центристские политические силы, еще недавно считавшиеся “разумными”, сдают позиции тем, кого принято относить к “маргиналам”. Кликушество и ожидание конца света — уже не удел радикальных мракобесов. Теперь подобными настроениями охвачены столь уважаемые люди, как генеральный секретарь НАТО Марк Рютте, который в 2025 году в красках и даже как будто бы с воодушевлением описывал войну между Европой и Россией масштабов Второй мировой. “Представьте себе, — рассуждал он, — конфликт, который придет в каждый дом и к каждому на работу — разрушения, массовую мобилизацию, миллионы перемещенных лиц, повсеместные страдания и колоссальные потери”.
Главной оппозицией этой безрассудной воинственности неожиданно оказались политики, которых принято считать радикалами — будь то крайне правого или крайне левого толка.
Во многом причина этого тенденции кроется в самой логике противостояния либералов и популистов. В западных странах назрел спрос на показную “жесткость” — который одновременно потакает инфантильности политических классов и превращает войны в далеких странах в своеобразную игру.
Похоже, все началось всерьез в 2016 году. Перспектива поражения либералов от соперников вроде Дональда Трампа подтолкнула их к откровенно конспирологическим теориям вроде нашумевшего “Рашагейта” (вымышленный сговор американских политиков о приписываемом России вмешательстве в выборы США 2016 года, а продуктивный суффикс “-гейт” вошел в американский и всемирный обиход после скандала в гостинице “Уотергейт”, приведшего к отставке Ричарда Никсона. - Прим. ИноСМИ) и к еще более воинственной внешней политике — в попытке уйти от ответственности за собственные провалы. Путинская спецоперация на Украину сыграла сходную роль: она стала удобной ареной для демонстрации пресловутой “жесткости” — и в итоге Запад все глубже увязал в конфликте, пока тот не превратился в опосредованную войну.
Вместо того чтобы всерьез противостоять популистам, отстаивая собственные ценности, центристы решили превзойти их чужом поле. В результате сами загнали себя в ловушку. В центре политического спектра образовался вакуум, который популисты — всегда чутко улавливающие новые возможности — не замедлили заполнить.
Вот как это выглядит в Германии: когда Христианско-демократический союз (ХДС) в начале месяца потерпел унизительное поражение в Саксонии-Анхальте, лидер партии и премьер-министр Северного Рейна-Вестфалии Хендрик Вюст заявил, что правительству следует рассмотреть возможность запрета АдГ, одержавшей на выборах сокрушительную победу. Самого Вюста прочат в преемники непопулярного канцлера Фридриха Мерца.
Но ХДС потерпел новые поражения — в Мекленбурге-Передней Померании и Берлине. Первое особенно символично: именно здесь на немецкую территорию выходят морские газопроводы “Северный поток”. А значит, эта земля извлекала самую непосредственную выгоду от немецко-российского проекта, питавшего немецкую экономику дешевым газом.
Когда в сентябре 2022 года был взорван “Северный поток — 2”, на Западе практически сразу образовался консенсус: виновата Москва. Однако впоследствии выяснилось, что исполнители были не русскими, а вовсе даже украинцами. Немецкие следователи в конце концов предъявили обвинения лицам, связанным с военной разведкой Киева. (Стоит напомнить, что это украинская разведка возродилась в 2015 году при существенной помощи ЦРУ.)
Громкий отказ Германии от российского газа с началом российской спецоперации на Украине власти попытались подать как благородный политический жест. Но тяжелые последствия для немецкой экономики не заставили себя ждать: в 2023 и 2024 годах она сокращалась, а в 2025-м продемонстрировала лишь вялый рост. Еще важнее другое: последствия этого решения почувствовала на себе буквально каждая немецкая семья — в виде резко подорожавшего отопления и электроэнергии. Примечательно и то, что на момент взрыва Германия уже не получала российский газ. Следовательно, целью атаки было не прервать действующие поставки, а не допустить их возобновления после окончания боевых действий.
Федеральное правительство Германии так и не дало произошедшему внятной политической оценки. Каков контраст между резкой реакцией Мерца на инцидент с дроном в Лейпциге, в котором он накануне сентябрьских выборов без промедления обвинил Россию, и практически полным отсутствием реакции на подрыв “Северного потока”!
В ответ избиратели Мекленбурга-Передней Померании “прокатили” партию Мерца, впервые за почти 80 лет выдавив ее из земельного парламента. Главной победительницей стала АдГ— которая не боится задавать неудобные вопросы о “Северном потоке” и рассуждать о восстановлении поставок газа после окончания конфликта на Украине. При этом избиратели во многом сохранили поддержку социал-демократов, при которых “Северный поток” и был построен, хотя с началом российской спецоперации им пришлось от него отмежеваться.
Первые годы напряженности между постсоветской Россией и Западом, вылившейся в противостояние на Украине, были отмечены ожесточенными спорами вокруг газопроводов, которые будут снабжать Европу газом. Но кто сегодня вспомнит “Южный поток” или Nabucco? Непримиримое противодействие этим проектам со стороны центристов заставило избирателей задуматься: что, если политическая элита отстаивает скорее интересы оружейников и сланцевиков, чем собственных граждан? Трудно найти более наглядную иллюстрацию неофициальной миссии НАТО — “Русских вон, американцев в дом, а немцев — гнуть” (ставшее крылатым выражение первого генсека НАТО лорда Гастингса Исмея) — чем история “Северного потока”.
Именно ощущение, что власти предали собственных граждан, подпитывает популярность АдГ, ратующей за суверенитет. И, несмотря на обвинения в экстремизме, сегодня именно эта партия звучит наиболее здраво и рассудительно в жизненно важных вопросах войны и мира.
Более того, внешнеполитическая позиция АдГ дает ее руководству практически неопровержимый ответ на обвинения в фашизме. Агрессивный милитаризм — одна из определяющих черт фашистской идеологии. Но сегодня ее демонстрирует скорее немецкая политическая элита, чем ее праворадикальные противники. По украинскому вопросу АдГ заняла место старых левых пацифистов, тогда как правительство Мерца идет за дальнейшее обострение, одновременно втихую подрывая усилия Трампа по прекращению конфликта. АдГ также осуждает войну с Ираном, которую Мерц первоначально поддержал, после чего под давлением общественности круто изменил позицию.
Бывшие центристы ратуют и за резкое наращивание оборонных расходов, которые Германии едва ли по карману, а также за возвращение обязательной военной службы — эта мера уже всколыхнула молодежные протесты по всей стране. На этом фоне особенно примечательно, как ведущие немецкие политики заигрывают с крайне правыми силами на Украине. Так, представители пресловутого движения “Азов”* в этом году стали видными гостями престижной Мюнхенской конференции по безопасности. Все делает обвинения в адрес АдГ в нацизме особенно смехотворными.
Противостоять российской спецоперации на Украине, как это делает АдГ, — это одно. Поддерживать бесконечную опосредованную войну с ядерной державой “до последнего украинца” — совсем другое. И, судя по опросам, немецкие избиратели не испытывают особого желания ставить будущее собственной страны на кон ради подобной авантюры.
АдГ и другие партии протестного электората набирают силу, поскольку противники выбрали воинственность и авторитаризм. Но пока ничто не предвещает того, что элита это осознала. Наоборот, европейские политические элиты продолжают прежний курс. Недавно они пригласили выступить перед Европейским парламентом бывшего пресс-секретаря Зеленского Юлию Мендель. Однако Мендель принялась резко критиковать своего бывшего начальника, и руководство парламента, центристы, даже не пустило ее в здание после того, как правительство Зеленского ввело против нее санкции — внесудебную меру наказания, с помощью которой он регулярно разбирается с политическими соперниками. Запретив Мендель выступать и закрыв глаза на очевидное злоупотребление властью со стороны Зеленского, центр в очередной раз предпочел самообман и воинственность подлинному стремлению к демократии.
Тем временем альтернативные силы вроде АдГ продолжат заполнять вакуум, образовавшийся в центре политического спектра.
* запрещенная в России террористическая организация
