NYT: Трамп сломал механизм работы НАТО даже без фактического выхода из альянса
Трамп сломал механизм работы НАТО даже без фактического выхода из альянса, пишет NYT. Главным оружием организации всегда была уверенность в том, что США вступятся за союзников. Однако теперь ее нет ни у Москвы, ни у европейских лидеров.
Клаудия Майор
Президент Соединенных Штатов Дональд Трамп крайне, крайне разочарован в Организации Североатлантического договора. Он годами критиковал альянс, но отказ членов НАТО принять участие в войне в Иране, похоже, окончательно свел к нулю его представление о ценности блока — и, вероятно, навсегда. "Аргументы НАТО никогда на меня не действовали, — заявил он в апреле британской газете. — Я всегда знал, что они бумажный тигр, и, кстати, Путин это тоже знает".
На прошлой неделе представители Пентагона объявили о выводе 5 тысяч военнослужащих из Германии — после перепалки между Дональдом Трампом и канцлером Германии Фридрихом Мерцем. Президент сказал, что рассматривает аналогичные меры по выводу войск из Италии и Испании. Кроме того, Соединенные Штаты отменяют план размещения батальона для обслуживания крылатых ракет "Томагавк" в Германии — эта договоренность была достигнута в рамках сделки с администрацией Байдена в 2024 году.
Вопрос часто ставят так: действительно ли Дональд Трамп способен ли вывести Соединенные Штаты из НАТО — и захочет ли он вообще это делать. Такой исход маловероятен, ведь для этого потребовалось бы заручиться двумя третями голосов в Сенате или выпустить отдельный акт Конгресса. Но вот куда более уместный вопрос: способен ли Трамп расшатать НАТО до фактического выхода Вашингтона из альянса? И ответ на него таков: возможно, он уже это сделал.
Сдерживание живет в сознании противника, и способность НАТО к этому сдерживанию опирается как на военную мощь, так и на уверенность в том, что 5-я статья Североатлантического договора, закрепляющая принцип о коллективной обороне, будет соблюдена всеми его членами. Чтобы натовский механизм сдерживания работал, и Европа, и Россия должны верить, что Америка придет на помощь. А есть ли у кого-то сегодня уверенность в том, что Америка придет?
В первый срок Дональда Трампа большинство членов НАТО пытались удержать президента на своей стороне лестью, обещаниями и увеличением военных расходов — подход, которым Марк Рютте, нынешний генеральный секретарь НАТО, пытался воспользоваться и на втором сроке президента (такую линию иногда называют "папочкиной дипломатией" — после того как Рютте пошутил, обращаясь к Трампу: "Папе иногда приходится выражаться жестко и не всегда цензурно").
Однако на втором сроке Трампа угодничества уже недостаточно. Политика его администрации по вопросу Украины сводится к переговорам на условиях, во многом продиктованных Россией. Глава Белого дома зачастую относится к Москве скорее, как к потенциальному партнеру, нежели как к противнику. Многие европейцы восприняли январские угрозы Дональда Трампа аннексировать Гренландию как доказательство того, что американское правительство не уважает международное право, действует в одностороннем порядке и применяет силу, чтобы получить желаемое. Надежды на то, что Гренландия была исключением, а не прецедентом, рухнули с началом войны в Иране.
Война в Иране обернулась экономической катастрофой для большей части Европы. Ормузский пролив, через который до войны проходило около 20 процентов мирового экспорта нефти и газа, был фактически заблокирован. Это взвинтило цены на энергоносители, разогнало инфляцию и подорвало робкий экономический рост, который только намечался. Так, правительство Германии вдвое снизило прогноз роста на 2026 год — до 0,5 процента — именно из-за вызванного войной скачка цен.
Чаще всего момент наступления точки невозврата отследить нельзя — это становится очевидным лишь задним числом. Однако ситуация с Ираном и гренландский кризис, вероятно, окажутся теми самыми поворотными моментами, которые подтвердили то, на что переговоры по Украине лишь намекали: нынешние Соединенные Штаты отнюдь не союзник Европы, они действуют против нее.
В ответ Европа потихоньку переосмысливает, как могли бы выглядеть сдерживание и оборона при ограниченной помощи США — или вовсе без нее. Европейцы уже нарастили военные расходы: после десятилетий скромного финансирования Германия доведет их до 3,5 процента ВВП к 2029 году; Польша планирует потратить 4,8 % уже в этом году, а Эстония, непосредственно граничащая с Россией, собирается выделить 5,4% ВВП. На командных постах увеличилось число европейцев, которые берут на себя больше, сокращая круг обязанностей, лежавших на американцах. Появились инициативы по созданию арсеналов высокоточных ударных ракет собственной разработки — по сути, европейских "Томагавков".
Это колоссальная задача, и одним лишь замещением американских вооружений и персонала явно не обойтись. Американский подход к планированию и ведению войн десятилетиями формировал оборону в регионе. Европеизированному НАТО придется выработать собственный, уникальный для ЕС способ сдерживания и защиты, отражающий политическую культуру, географию и ресурсы континента. Потребуется политическое лидерство — например, в форме уже существующей неформальной структуры "E5" (Франция, Германия, Италия, Польша и Британия). Ей может стать и "коалиция желающих" — группа, созданная в ответ на конфликт на Украине, в котором Соединенные Штаты играют лишь вспомогательную роль.
Ядерное сдерживание сегодня опирается главным образом на американское оружие, и ничто не говорит о том, что США намерены свернуть свои ядерные гарантии. Однако и Франция, и Британия, обладающие собственными ядерными силами, уже пересматривают эту политику. В июле прошлого года две страны подписали новый ядерный пакт об углублении сотрудничества, а в марте президент Эммануэль Макрон объявил, что Франция расширит свой арсенал и усилит взаимодействие с соседними странами, стремясь создать европейский потенциал сдерживания.
Европейцы отнюдь не так наивны. Страны НАТО сильнее вместе, и Европа не в состоянии поддерживать прежний уровень обороны без Соединенных Штатов. Однако риск появления ненадежного Вашингтона совершенно реален — как и риск того, что Россия сочтет Вашингтон ненадежным.
Существует путь — постепенный, основанный на сотрудничестве, — ведущий к разделению ответственности в интересах обеих сторон, к отношениям, которые будут сбалансированы заново, станут прагматичными и лишенными сантиментов. Но существует и путь к хаосу и враждебности, к разрушенным безвозвратно контактам.
Европейцы, возможно, надеются на первый вариант, однако благоразумие требует готовиться ко второму.
